Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: у нас здесь своя атмосфера (список заголовков)
01:44 

23:11 

Пока 119 автобус тщетно пытался повернуть на Ленинский проспект, я бесцельно смотрела на золотистые липы улицы Дмитрия Ульянова и пыталась прийти в себя. В голове плыла тяжелая муть, означающая начало учебного года и будильник в шесть тридцать утра. Также это означало, что кое-кто вчера ночью опять переборщил с сериалами, но это уже другая история. А улица Дмитрия Ульянова стояла намертво, и мне ничего не оставалось, кроме как умиротворенно наблюдать за падением осенней листвы и вспоминать, как славно было ездить к одиннадцати во Владыкино по Московскому центральному кольцу.
Автобус наконец преодолел эту преграду, но через несколько остановок на пути его возникла еще одна похожая, только теперь уже проспект Вернадского. В этой пробке поэтичного листопада уже не было. К слову, не было и вечно разрытого перекрестка - подземный переход у метро Университет наконец-то построили спустя долгие годы. Но это не помешало мне лишний раз с особой нежностью вспомнить про МЦК.
Москва - это удивительный город, где время и пространство измеряются станциями метро и подчиняются великому закону метрополитена. За эти несколько месяцев, что меня не было в университете, я уж и забыла, каково это - добираться до университета к первой паре. МЦК меня разбаловало, и я уже грешным делом начала думать, что час дороги до Владыкино - это нормально, и что до университета уж я доберусь куда быстрее, ведь университет так обманчиво близок, в отличие от института, скрытого в верхах серой ветки. Ан нет. До университета дорога занимает тот же самый час. Тот же самый час, растянутый на созерцательные стояния в пробках в попытках преодолеть Академку, свернуть на Ленинский, пересечь Вернадку и развернуться к улице Лебедева. Неужели я это все так быстро забыла?
Когда автобус наконец-то добрался до университета, пафосно объявив остановку как "Дом Культуры МГУ", я вышла на свежий октябрьский воздух и ощутила, как предыдущие пять курсов университета всколыхнулись волной воспоминаний. По-прежнему очень хотелось спать, и по-прежнему как-то не очень хотелось начинать учиться. Чувства были скорее такие, будто бы я приехала домой после долгого отсутствия, приехала только ради отдыха и воспоминаний, а не для того, чтобы заняться чем-то важным. Кажется, второй курс магистратуры - это уже чересчур, второй курс магистратуры не создан для того, чтобы ходить на пары и слушать лекции. И даже этот вид университета, желтых кленов и отъезжающего от остановки 119 автобуса выглядел как-то музейно, ностальгично, не настраивая меня на учебный лад.
"Все-таки славно было ездить к одиннадцати во Владыкино и работать в институте". Я развернулась и пошла сквозь листопад в сторону биофака. Учебный год всегда начинать трудно, даже если это твой шестой и последний учебный год, даже если он начался в октябре.

(03.10.16)

@темы: У нас здесь своя атмосфера, Моя Москва

01:57 

Удивительное дело: чем реже бываешь в университете, тем более эпичным он кажется. Я не была там три месяца и уже начинаю проникаться этими оттенками легенды в его монументальности. Мне даже хочется называть его с большой буквы: Университет. Он выглядит грандиозно, когда смотришь на него из окна поезда между Лужниками и Кутузовской. Он словно взмывает в небо над Воробьевыми горами, прорезая его своим шпилем. Такой величественный и недоступный, абсолютно не похожий на место, где я проучилась уже целых пять лет. Где осенью гулко и холодно, где дубовые парты покрыты многолетней наскальной живописью, где тарелка картошки за двадцать рублей и тетради из "Аргумента" за четыреста. Разве это было здесь, в этом здании?

Кажется, я начинаю понимать всех моих знакомых, которых после окончания учебы пробирает на восторженные строки об университете. Когда из их жизни исчезает внутренняя университетская рутина, запах ГЗ, вкус сосисок в слоеном тесте из буфета и обшарпанные мраморные подоконники, когда они начинают смотреть на университет издалека, он превращается для них в Университет, именно так, с благоговейной большой буквы.

@темы: У нас здесь своя атмосфера

00:34 

Назвался груздем - полезай в кузов, назвался дипломником - берись за работу. Учись с нуля делать казалось бы простые вещи, натыкайся на неожиданные проблемы, попадай в десяток неловких ситуаций за день. Убедись, что ты и не нюхал молекулярной биологии, а все кафедральные практики как будто прошли мимо. Кафедральная практика - ха! Когда нас в комнате пять человек и преподаватель, конечно, все произойдет гладко и просто. А ты попробуй оказаться один на один с задачей. Ты и бумажка с методикой. Здесь не будет одногруппника Саши, который все это уже сто раз делал в своей самой лучшей лаборатории и которому скучно и хочется скорее все сделать за всех и убежать. Здесь не будет одногруппницы Кати, которая полна энциклопедических знаний обо всем и сразу. Здесь не будет одногруппницы Ани, которая проследит, как ты следуешь методике и не вольешь ли ты случайно "раствор 1" вместо "раствора 2". Здесь вся задача на тебе, и все ошибки - тоже.
И ты не научишься всем этим методам, пока не наделаешь кучу ошибок, не испытаешь кучу неловких моментов и не вытрясешь из себя всю душу. Иногда это все начинает напоминать какое-то шаманство. Секту свидетелей экспрессии генома. Делаешь, не получается, переделываешь, опять не получается, а потом оказывается, что где-то что-то не прогрел или не перемешал, и все пошло не так. Зато потом, когда все уже разобрано и перетерто, когда каждый пункт методики изучен и выстрадан, и у тебя наконец получается симпатичный результат - вот тут-то и приходит чувство, что ты не зря назвался груздем и полез в молекулярную биологию. "Да я не безнадежна!"
А на следующее утро все начинается снова, и опять приходит желание провалиться сквозь землю на каком-нибудь очередном эпичном моменте. Новая область покоряется со скрипом. Но все же покоряется.

@темы: У нас здесь своя атмосфера

21:57 

Завтра я отправлюсь на кафедру, чтобы объявить своим научным руководителям о своем уходе. Я пока еще не знаю, как именно я это сделаю и что отвечу на вопрос о том, куда конкретно я ухожу. Потому что с той стороны, куда я уходить собираюсь, еще не поступило однозначного ответа. Но решение о моем уходе уже настолько во мне накипело, что я больше не хочу ждать. Я больше не хочу заниматься этой темой, где все уже вычерпано до дна. Я больше не хочу слышать ни единого слова об уникальности и интересности выращивания ячменя под синим и красным светом. Я больше не хочу высасывать из пальца различия там, где различий нет, и новизну там, где все уже было исследовано в далеких восьмидесятых. Я больше не хочу вязнуть в этом болоте. Лошадь сдохла - надо слезать.
Желаю сама себе удачи в этом сложном волнительном деле. Сегодняшний день меня порядком истрепал, так надеюсь, что завтра все будет совсем иначе.

@темы: У нас здесь своя атмосфера, It's time to say goodbye

01:09 

Раз уж я здесь, то я просто обязана еще раз вспомнить об июле 2014 года, вернее, о второй его половине, и задуматься над тем, была ли эта половина потрачена впустую, или был в ней какой-то великий смысл.
Я провела эти две недели в Пущино, которое, к слову, было гораздо теплее и приветливей, чем сейчас. Первые несколько дней я жила со студентами Мордовского государственного университета. Свой университет они гордо называли МГУ, а наш - Ломоносовкой. Но вскоре они разъехались, и я осталась одна.
Я ходила в институт фотосинтеза и проводила там часы в пустынном зале со спектрофотометрами. Окна там были зашторены наглухо, и солнце проникало внутрь узкими лучами, в которых танцевали пылинки. Пока прибор снимал спектр, я бродила по залу и рассматривала всех динозавров спектрофотометрии, что стояли там, забытые и покрытые пылью. Они были старше меня, моих родителей и даже Мортена Харкета. Хотя я тогда еще не знала, кто такой Мортен Харкет.
Возвращаясь в общежитие, я включала что-нибудь ритмичное и незатейливое. Я раскрывала окна, садилась на подоконник и смотрела на звездное небо над старыми лиственницами. Воздух теплыми волнами заплывал в комнату, где-то пели сверчки, изящные поденки залетали в комнату и умирали на подоконнике, откладывая на последнем издыхании кладки яиц.
Мир был для меня ясен, как стекло. Я знала, зачем я провожу такие изумительные летние дни в полутемной пыльной комнате со старыми приборами, я знала свое будущее, я знала, что мой диплом будет самым лучшим, а моя работа в конце концов окажется в основе какой-нибудь прекрасной статьи в зарубежном журнале. Я не думала, что все может измениться. Только к концу пущинской практики я стала в чем-то сомневаться, но все это было такое интуитивное, неверное и неясное, что верить этому я отказывалась напрочь. Как можно было в это верить, когда тебе обещают золотые горы и "Photosynthesis Research" у твоих ног!
Июль закончился, я собрала вещи и уехала в Москву со странным чувством, которое вскоре исчезло за другим, более радостным - наконец-то я еду домой! Но почему-то я предпочитаю замалчивать тему о пущинской практике и почему-то не нахожу подходящих слов, чтобы описать ее. В чем соль? Что не так?
Я обо всем поняла уже в сентябре, я взглянула на эти две недели с другой стороны, и многое встало на свои места. Мне обещались золотые горы, а на деле за ними стояли вечные поездки в Пущино, вечная работа не над тем, что нужно и вечное недопонимание. Плюс вечная неловкость, которую я ощущала в этом коллективе. И я ушла оттуда на кафедру. У кафедры есть куча своих минусов, но тогда мне было уже не важно. Главное - уйти оттуда, и никогда больше не встречаться ни с кем из тех людей, что там работали.
До сих пор я избегаю этой темы, избегаю людей, которые были с ней связаны, и до сих пор боюсь их встретить как-нибудь случайно. Одна из таких встреч случилась в Петрозаводске, а другая - в этом семестре, на спецкурсе по фотобиологии, который вел тот самый руководитель моей пущинской практики, и, если бы я не решилась уйти, научный руководитель по диплому. Фотобиологию я успешно прогуливала. В Петрозаводске я деликатно скрылась за чьими-то спинами. Глупо, конечно, но видимо, преодолеть я это странное чувство еще не скоро смогу.
Так что же в итоге, на что ушли те две недели июля 2014? Дали мне кучу новых комплексов и мою нынешнюю неприкаянность между кафедрой и ИФРом. Глупая я была на третьем курсе, глупая и наивная. Вот и все дела.

@темы: Пущино-запущено, У нас здесь своя атмосфера, Ностальгическое

18:20 

Моя учеба в магистратуре происходит под лозунгом "коси и забивай". В данный конкретный момент я должна находиться в Пущино на летней кафедральной практике, с проставленными зачетами и с пройденным медосмотром. А что я? А я сегодня из дома в Москву приехала. Я молодец.
Ну ничего страшного, у нас в группе на четверых человек слишком много приходится правильных зануд. Моя миссия - разбавлять им их томное существование и портить статистику группы. Тем более мне совершенно не хочется ехать снова в этот городок, о котором у меня не осталось ни одного хорошего воспоминания.
Домой мне, если честно, тоже не особо хотелось ехать. Но тут уже совсем другая история. Сравнивать Пущино и дом некорректно. Первый день дома обычно уходит на "зачем я сюда приехала" и "а в Москве было лучше", а затем мне достаточно разок увидеть степь, чтобы все поменялось. Степи, эпичные грозы, дикие ветра, безраздельная зелень от края до края, куда хватает глаз - это же дом, сюда стоит только приехать, и все начинает восприниматься совсем по-другому.
А Пущино - ну... это всего лишь Пущино. Город моих разочарований. Здесь были развенчаны образы моих прекрасных одногруппников и моей прекрасной научной карьеры. Здесь случились две моих самых бесполезных и безэмоциональных практики. Отсюда начали расти корни всего того, что сейчас со мной происходит - проблем с дипломом, с одногруппниками, с однокурсниками... со всеми. И глупо, конечно, связывать это все с одним конкретным местом на карте Московской области, но вот не хочу я снова ехать туда. Не хочу оживлять ненужные воспоминания.
Да простят меня все жители этого славного институтского городка на берегу Оки.

@темы: У нас здесь своя атмосфера, Пущино-запущено

00:41 

Пока я учусь на биофаке, я так и буду прежней предсказуемой занудой. Два раза в год я стабильно начинаю говорить о сессиях. Апрельско-майские и декабрьско-январские посты всегда повторяют друг друга. С той лишь разницей, что в моих описаниях за окном всегда разная погода, а в наушниках всегда разная музыка.
Но в этом семестре я добавила колорита к своей жизни. Одно получилось внезапно, другое - наклевывалось еще с прошлого года. Одно - это норвежские курсы, второе - работа в ИФРе. Я рада, что и первое, и второе теперь есть в моем расписании и скрашивает мне безысходную биофаковскую атмосферу. И потому-то эта сессия оказалась совсем другой.
В начале этого семестра у меня как-то случилось плохое настроение, и для самоободрения я выписала все предполагаемые плюсы и минусы ближайших четырех месяцев. Самоободрения как-то не вышло, потому что минусов получилось много, а плюс только один. Среди минусов были курс по фотобиологии, одногруппники, диплом, кафедра и странные экзамены вроде правоведения и философии. Новый семестр начался, и минусы внезапно стали исчезать. Курс по фотобиологии оказался сплошным анекдотом, на котором я присутствовала всего один раз и за который получила автомат, потому что преподавателю было лень с нами возиться. С одногруппниками все тоже было более-менее неплохо. Мы даже чаек попивали вместе в ИФРе под кафедральные сплетни и диалоги об аспирантуре. С дипломом и кафедрой все было очень мутно. Предполагаемый диплом представлялся мне лоскутным одеялом, сшитым по принципу "на что денег хватило, то и сделали". Кафедра - ну да, я уже давно начала разочаровываться в нашем милом курятничке. И потому, когда на горизонте появилась возможность заселиться в ИФР, я сразу за нее ухватилась. Не знаю, что из этого получится, надеюсь, что что-то хорошее... во всяком случае, выписанные мной в начале семестра минусы почти исчезли, оставив лишь мутный кафедрально-дипломный вопрос. Теперь-то я не чувствую себя настолько потерянной, какой была утром 13 марта этого года под слепящим весенним солнцем.
Ну а норвежские курсы возникли сами собой, и я вдруг подумала, что ничто не мешает мне попробовать. Я пока еще тоже не знаю, что из этого может получиться, но прошедшие три месяца мне нравятся.
Теперь я сдаю совершенно гуманитарную сессию, состоящую из английского, философии и правоведения, параллельно езжу в ИФР и на норвежские курсы, раздаю четвертому и третьему курсу советы и конспекты, гуляю по Москве и периодически делаю вид, что делаю диплом. Вот так и выглядит моя вторая магистерская сессия. Еще немного - и я совсем перестану мерять время сессиями, а ведь я уже привыкла к такой единице измерения. Еще немного - и дорога на биофак зарастет густой травой. Жизнь начинает меняться, и мне нравятся эти перемены.

@темы: У нас здесь своя атмосфера, It's time to say goodbye, Headlines and deadlines

23:56 

Знакомые четверокурсники все чаще при встрече спрашивают, как мы умудрились пережить свою прошлую весну. Как мы прошли через конец бакалавриата и при этом остались вполне нормальными веселыми людьми. Я пожимаю плечами и смеюсь. Я правда не знаю, как это у меня получилось. Я даже не могу дать никакого совета. Честно сказать, я даже не могу вспомнить половину событий того апреля и мая, кроме эпичных рассветов, которые я встречала в обнимку с иммунологией. Наверное, это к лучшему. Зато сейчас я живу легко и радостно. Сегодня отчеканила свой доклад на конференции с чувством, что здесь все равно испортить уже ничего нельзя, все уже и так испорчено, и мое дело - лишь оттарабанить текст доклада и уйти. Прекрасное чувство. Страх как рукой сняло, доклад вышел легко, мне даже комплимент сделали, говорю я хорошо, оказывается. Вот как надо к делу относиться. Видимо, последний семестр бакалавриата я провела точно так же - мол, все равно хуже не будет, так пусть уж будет, как есть.
Зато теперь со спокойной душой валяюсь на диване с кружкой горячего чая и сдобной булочкой, из раскрытого окна тянет свежестью и запахом апрельских дымок, а над первым корпусом общаги сияет молодой месяц. Жизнь прекрасна.

@темы: Headlines and deadlines, У нас здесь своя атмосфера

09:32 

После полугода поездок в ИФР у меня создается впечатление, что в большинстве наших институтов штат сотрудников состоит из:
1) молодых и энергичных студентов, аспирантов и сотрудников
2) пожилых и опытных руководителей
3) бабулек.
Причем последних обычно больше всего, а чем они занимаются - для меня так и остается загадкой. Иногда они представляются мне некими "хранителями истории" института: именно они организовывают юбилеи и похороны, толкают речи об истории института на конференциях, собирают деньги на мемориальные доски и хранят святую память о том, каким институт был и каким никогда не станет. Когда-то они тоже были молодыми и энергичными красивыми девушками, когда-то они тоже защищали свои дипломы и кандидатские, работали с новыми методами и делали интересные вещи. А затем - где же эта граница, когда они ее перешагнули? - они выпадают из окружающего мира, их супер-новые методы и идеи безнадежно устаревают, и им остается только пить чай, перемалывать сплетни, ругать молодежь и организовывать похороны. Как это происходит и почему так получается? И, самое главное - как этого избежать и не пополнить их ряды через сорок лет?

@темы: У нас здесь своя атмосфера

03:17 

Уже которую ночь подряд в наше окно заглядывает растущая луна. И это просто невероятно здорово. Она приносит в комнату кусочек светлой июльской ночи из детства, той самой, что пахнет росой и зеленью, кусочек лета и волшебства. Мой письменный стол покрывается кружевными тенями от тюлевой занавески; все тетради, недописанные тезисы к очередной конференции и распечатки статей разрисовываются узорчатым серебром. Фотобиология, конспекты по курсу на английском языке, планы на вторую неделю марта, расписание работы общажного паспортного стола... а из окна льется лунный свет, обращая это все в серебряную безмятежность.

Выходные из четырех дней, подарок от нашей кафедры, оказались как нельзя кстати. Лежу сейчас в кровати и проникаюсь этой безмятежностью. После трех сумбурных февральских недель это лучшее, что можно придумать.
Я проводила Ангелину в Пущино, впервые за полгода сочувствуя ей, а не завидуя. Ну не люблю я Пущино, ну не сложилось у меня с этим городом.
Я разыскала всех, кого хотела разыскать, и повстречала тех, кого встречать не хотела. Не хотела я встречать нашего преподавателя-фотобиолога. Увы, учебный план кафедры нас снова свел. Сижу за последней партой, мечтаю раствориться в ифровских стенах, но это не помогает. Что дернуло меня когда-то пойти к нему писать курсовую?
Я внезапно ударилась в изучение иностранных языков. Посмотрим, что из этого выйдет. Надеюсь, что что-то хорошее.
До "дня Х" осталось меньше трех недель. Но я спокойна, как-то даже странно спокойна. Иногда только ругаюсь с родителями из-за разногласий во взглядах на творчество a-ha. Cast in Steel вызывает у нас постоянные споры. Я считаю, что для объединения после "прощанья на высокой ноте" он недостаточно хорош. Раз уж они снова решили собраться, то они должны были преподнести альбом, превосходящий Foot of the mountain, какой-нибудь шедевральный альбом, чтобы было видно, что высокая нота, на которой они прощались, была еще не самой высокой нотой, на которую группа способна. Родители считают, что я несправедлива и несу ересь. Может, я слишком люблю Foot of the mountain. Но с воссоединением и правда неловко получилось.

За окном под лунным сиянием умирают последние остатки зимы. Так ее мало было в этом году! Мой внутренний декабрь с этим не согласен. Я не жду этой весны. За двенадцатым марта меня ждет пустота. Диплом, практика, работа. И потому я лежу сейчас на диване и проникаюсь серебристой лунной безмятежностью. Здесь и сейчас. Я не хочу ни о чем думать. Почти как в песне, с поправкой на полгода:
"...We're fools to believe it,
We're fools to try
To slow down this seemingly
Nonstop July"

@темы: a-ha, Мой внутренний декабрь, У нас здесь своя атмосфера

23:21 

Пока одна половина курса участвует в универсиадах, работает в лабораториях и живет активной общественной жизнью, другая половина пишет депрессивные стихи о бессмысленности учебы, работы и всего сущего.
Пока у одной половины курса все складывается в оптимистичных тонах, другая половина выпивает в одиночестве под цитаты из паблика "Turdus merula L.", ведомого отчаявшимся студентом биофака.
Часть курса докапывается до научной истины, а другая часть копается в себе.
Это все, что нужно знать о биофаке.

@темы: У нас здесь своя атмосфера

15:07 

Самым сложным в сегодняшнем экзамене было доказать охраннику ИФРа, что у меня сегодня экзамен. Да, в праздники, да, девятого января, да, именно здесь. В итоге так он мне и не поверил, пока не приехал преподаватель.
И институт был холоден и пуст, шаги отдавались эхом от стен, ветер гулял в холле и новогодняя мишура трепетала на окнах. И город в девять утра был такой безлюдный, и метро такое пустынное, вагоны просторны, переходы холодны и гулки - город словно вымер.
Зато потом, когда я, хранитель ведомостей, поехала в университет, меня встретила толпа студентов. Кто-то - заплаканный, кто-то - веселый, кто-то - с опустошенным взглядом. И в каждом встречном я узнавала себя.

@темы: У нас здесь своя атмосфера

19:42 

Типичный биофак.
Стою сегодня в очереди в буфете, мечтаю о горячей слойке. Тут заходит пожилая женщина и спрашивает у буфетчицы:
- А вы не видели случайно, я не оставляла здесь плошку с насекомыми?
- Нееет... - буфетчица озадаченно пожимает плечами. - А посмотрите на подоконнике!
Женщина проверяет все подоконники, заглядывает под занавески...
- Нашла! Она действительно была на подоконнике! Но вы не переживайте, насекомые были заспиртованы, так что они бы не разбежались.
- Какие насекомые?
- Ну, как - какие? Я же говорю, оставила плошку с заспиртованными насекомыми...
И тут недоумение в глазах буфетчицы превращается в радость:
- Ах вот оно что! Это была не кошка! А я-то думаю - кошку заспиртованную вы здесь оставили...

По-видимому, после долгих лет работы на биофаке люди здесь готовы ко всему.

@темы: У нас здесь своя атмосфера

18:57 

А между прочим, в Московском университете подрастает целое поколение студентов, которые живут в ДАСе и не знают номера телефона трамвайного депо имени Апакова. А судя по темпам ремонта трамвайной линии, они, возможно, даже успеют сдать свою первую сессию без этого знания. Люди, которые знают, что такое "дасовозка" и что делать, если "администрация общежития сообщает, что в здании произошел пожар", но не знают, что значит - втиснуться в трамвай к первой паре. А ведь это такой источник студенческого фольклора!
А если копнуть дальше, то внезапно понимаешь, что магазин-"стекляшку" возле общаги помнят совсем немногие. Как и биофизический практикум в том самом месте, где сейчас находится биофаковский буфет. Подумать только, как давно это было!
Вот после таких мыслей и начинаешь думать о возрасте.

@темы: У нас здесь своя атмосфера, Ностальгическое

17:07 

Понедельники и четверги меня расстраивают. По этим дням у нас занятия в институте, куда надо ехать через всю Москву и где я чувствую себя довольно неуютно. Биофак - он и есть биофак, обжитый, теплый, со своими укромными уголками. Живой и дружелюбный биофак, где каждая лавочка имеет свою историю. А что я знаю об ИФРе? Ну, однажды на третьем курсе мы сюда приехали и сказали, что хотим знакомиться. Наивные маленькие студенты. Нас напоили чаем, поводили по холодным гулким коридорам, завели в десяток похожих друг на друга лабораторий, после чего в голове у нас все перемешалось, и мы испуганной кучкой умчались домой. И после этого от нас еще хотели, чтобы мы выбрали себе лабораторию! Конечно же, без ошибок не обошлось. К счастью, свою ошибку я поняла быстро. Переживала, волновалась, но все же перевелась на кафедру и забыла ИФР как страшный сон.
И вот я снова здесь.
Сначала я топчусь у входа и машу охраннику, чтобы он меня заметил и впустил. Потому что пропуска у меня так и не появилось. У единственной из группы.
Затем это препятствие преодолевается, и я иду по длинным коридорам. Здесь каждый раз по-разному пахнет. То хлоркой и вымытыми полами, то кислой капустой, то чем-то невнятно-сладким. Мимо проходят незнакомые люди, они недоверчиво смотрят на меня, а я - на них. Кто все эти люди? Может, мимо меня сейчас прошел известный профессор, открывший кучу интересных вещей, а я тут смотрю на него косо и не здороваюсь? А может, эта суровая женщина будет принимать у меня экзамен - а я вот тут в дверях с ней чуть не столкнулась.
И из всех знакомых мне здесь людей - никого близкого. Не перекинешься словечком и не поболтаешь за стаканчиком кофе, как на биофаке. Только преподаватель и Самые Лучшие Одногруппники В Мире. И я одна во всем этом холодном и недружелюбном здании.
Они, конечно, здесь все милые, сотрудники института. Все время пытаются нас напоить и накормить. Иногда мне даже кажется, что когда биофак и ИФР подписывали договор о сотрудничестве, первым пунктом в нем значилось: "Никогда не оставлять студентов голодными. Слышите - никогда! Ни при каких условиях!" Иначе как объяснить это стремление накормить нас до отвала?
Но даже эти милые чаепития оборачиваются для меня минутами неловкости. Ну как объяснить людям, что я не на диете, я не скромничаю, я не вегетарианец, не веган и не марсианин, а просто не могу есть сладкое? Почему чай с бутербродами с колбасой тут не пьют, а вот пирожных всяких и конфет - на любой вкус?
Ах, да, вопросы о том, почему я отказываюсь от шоколадки - это еще цветочки. Самый сок начинается, когда преподаватель, напоив всех чаем, начинает выспрашивать нас о темах дипломных работ. Вот тут в моей группе начинается ярмарка тщеславия, на фоне которой мне ну совсем не хочется говорить о своих ячменных посадках. Однако ж требуют - и приходится рассказывать.
И вот когда я уже готова провалиться сквозь пол или раствориться в стенах института, мучительное чаепитие заканчивается, и мы расходимся. Наконец-то. Я выныриваю из ИФРа, преодолеваю пугающий бессветофорный переход, прохожу через ботсад и оказываюсь у метро. Это самая приятная часть понедельников и четвергов - возвращение в общагу, сначала на метро, потом пешком от Нагорной, под любимую музыку и с мыслью о том, что на сегодня все закончилось.
Когда-нибудь, наверное, я привыкну к этим поездкам, освоюсь в институте, хотя бы наконец сделаю себе пропуск. Но не сейчас. Сейчас здесь слишком другая атмосфера. Слишком холодная и неуютная.
И понедельники и четверги продолжают меня расстраивать.

@темы: У нас здесь своя атмосфера

01:13 

Свежее московское утро. Ярко-красные кленовые листья на зеленой траве. Утренняя синева в лужах на асфальте. Никогда я еще не любила Москву так, как в день приезда из Петрозаводска.
Меня встречают вопросами. "Ну как?"
"Все отлично," - говорю я. "Было сложно, но это в первый раз". "Ничего страшного". "Полна впечатлений". "Рада, что съездила". Говорю еще много подобных слов.
Но если бы вы знали, как это было в действительности сложно и страшно!
Это началось еще с конца августа, когда я совершенно не знала, что мне делать и как вообще следует себя вести. Что делают люди, собирающиеся на конференцию? Куда нужно писать, звонить, куда заказывать билеты и где бронировать места? Что такое стендовый доклад, что я должна в него включить и как его сделать? И как это все будет происходить?
Но это все было не так страшно, пока происходило в Москве, в такой привычной и родной обстановке среди знакомых людей. Когда же я вышла из здания петрозаводского вокзала и взглянула на незнакомый город, зябнущий под мелкой моросью, до меня дошла вся серьезность мероприятия, и мне стало совсем не по себе.
Знаете, как это, когда ты сидишь в одной аудитории с академиками и профессорами, съехавшимися со всех концов России, ты, всего лишь студент, магистрант первого курса, и ни одного знакомого лица вокруг? Они все знают друг друга, здороваются, даже обнимаются, хлопают друг друга по спине, а ты сидишь и думаешь, что сейчас кто-то из них подойдет и спросит: "Девочка, а ты кто? Откуда ты здесь? Школа, вообще-то, в другом месте". Знаете, как это, когда ты вывешиваешь свой скромный постер на стенд, его рассматривают разные люди, седовласые дядечки с кучей научных званий и публикаций, а ты, словно продавец-консультант, спрашиваешь: "Вам подсказать что-нибудь?" А они, словно покупатели, машут руками: "Нет-нет, мы пока только смотрим", и ты чувствуешь себя неловко и глупо. А если кто-то и спросит что-то, ты отвечаешь невпопад, пытаясь скрыть глупую дрожь в коленках. И только когда все расходятся, ты выбегаешь на улицу, вдыхаешь влажный северный воздух и бежишь к себе на съемную квартиру, где тебя ждет чай с бутербродами и уютная кровать. Знаете, как это - стоять в перерыве в уголке со стаканчиком кофе и чувствовать себя совершенно чужой на этом празднике жизни, и не находить в себе силы с кем-нибудь познакомиться, потому что они все здесь заведомо старше и умнее тебя?
Только в перерывах, гуляя по набережной Онежского озера, вглядываясь в его синюю гладь и в островерхую тайгу на той стороне, начинаешь понимать, что все на самом деле складывается прекрасно. Красивый северный город, деревянные дома, прямые улицы, сбегающие к озеру, золотистые деревья - есть за что полюбить Петрозаводск. Пока там, в Москве, дни рутинно сменяют друг друга, я живу здесь и явно не скучаю. Можно забыть про биофак, про все его светлые и темные стороны, и примерить на себя другую жизнь... а вдруг она мне понравится больше? Насыщенная, тревожная, волнительная, изматывающая - но другая, какой у меня никогда еще не было. Почему бы и нет?
Но - нет. Слишком это оказалось для меня тяжело. Наверное, к такой жизни я еще не готова. Я настолько устала, что на обратном пути в Москву чуть не разревелась, как маленькая девочка. И когда я наконец доползла от метро до общежития, сил у меня больше не осталось ни на что - только лежать на диване и смотреть, как мир вокруг меня качается, словно плацкартный вагон.
"Ну как?" - спрашиваете вы. Конечно, я вам отвечу, что было отлично и что впечатления останутся надолго. В этом ведь есть доля правды. А о той доле, где говорится о трудностях и о том, как было на самом деле, слушать не будет никто.

@темы: У нас здесь своя атмосфера, Дорожная пыль

23:30 

Университетские и факультетские филиалы "Подслушано" - зло. Если в университетском еще иногда проскальзывают неплохие шуточки, то от найденного случайно биофаковского я сегодня долго и с отвращением плевалась.
Разговоры о музыкальном вкусе - зло. Обязательно найдется тот, кто обплюет твою любимую группу. И даже если такой комментарий будет один на сотню восторженных, то все равно запомнится только он один.
Сидеть на берегу Онежского озера и слушать, как волны бьются о камни - прекрасно. Солнце пронизывает золотистую березовую листву, где-то высоко перекликаются чайки, а под ногами плещется прозрачная вода с красноватым оттенком. И вести из Москвы долетают до меня в искаженном виде через посты в биофаковском "Подслушано" и вечерние переписки о жизни и музыке. А оттого еще прекраснее кажется эта набережная, синева озера, длинные тени берез, деревянные многоэтажки и улицы с финскими именами в названиях. Ведь я здесь, а не в Москве. Я вырвалась как будто в другой мир.
И этот мир прекрасен.

@темы: У нас здесь своя атмосфера, Дорожная пыль

21:42 

С высоты четвертого курса

Какие же они смешные и милые, первокурсники, сдавшие свой первый экзамен!

Пришла в раздевалку после сдачи фотосинтеза, ничему не удивляющаяся, спокойная, думающая о том, что сейчас приеду домой и лягу спать. И тут врываются какие-то мальчики и девочки, шумно галдят о легких билетах и добрых экзаменаторах, смеются, сияют ярче майского солнца. Говорят о неорганике - ага, первый курс. Собираются идти гулять. Всей группой будут отдыхать после экзамена. Так и светится их восторг - смотрите, я сдал, я герой!
А я воткнула наушники в уши и пошла на остановку под грустную и пронзительную музыку. И проспала потом весь день.

@темы: У нас здесь своя атмосфера, Майский ветер ворвался в окна

23:31 

О воспоминаниях

Удивительная все-таки вещь - человеческая память!
Вот например, больше полугода прошло, а я все помню день своего экзамена по физиологии растений - 20 января 2014, словно это было вчера. Я помню морозное январское утро, хруст снега под ногами и тусклый свет фонарей в кленовой аллейке по пути к биофаку. Помню свои нервные прогулки по темным, пустынным лестницам факультета. Помню ехидный взгляд молодого сотрудника кафедры Дмитрия Владимировича, которого отправили приглядывать за нами, пока мы готовимся к ответу. Помню восходящее солнце, припекающее мне в спину, помню, как я рисовала Тенистый Берег на обратной стороне черновика, чтобы успокоиться, помню даже, что в голове у меня все вертелась песня группы Plazma - Black Would Be White. Я помню, во что я была одета, какого цвета чернила были в моей ручке и в каком порядке мы сидели в аудитории...
...Но не помню ответов на экзаменационные вопросы.
"Ну я же это учила в зимнюю сессию!.." - думаю я теперь, когда у меня спрашивают что-то такое, что я мучительно не могу вспомнить. Это же было когда-то, я же помню, что было! Я даже могу сказать, какая на улице была погода и какое время суток, и что происходило вокруг меня, пока я это учила - но что именно я учила, я вспоминаю с трудом.
Однако все же вспоминаю - и это радует.

@темы: Закон подлости, У нас здесь своя атмосфера

Иренгела - Серебряная Степь

главная